Путешествие в Триору, часть 4: Casa Convento

Начало
Впечатления
Дорога туда и обратно

Дом, в котором мы остановились (кодовое название – Casa Convento) был построен в 16 веке, а может быть и раньше. В начале 20 века он принадлежал монашкам, занимавшимся там благотворительностью. Об этом периоде напоминает молельная комната (не путать с комнатой для медитаций, которая тоже имеется).

Монашки продали его англичанину, он сделал хороший ремонт в основной части помещений, добавил всяких ништяков типа посудомоечной машины, и лет семь тому назад продал англичанке. Та навела еще больше красоты, провела интернет, обнаружила среди многочисленных помещений дома отдельную маленькую квартирку, отремонтировала ее тоже, очистила от зарослей часть прилагающейся к дому земли и разбила там огородик.

Когда я жила в Триоре, то периодически ходила в Casa Convento писать – интернета там тогда не было, зато имелось три винных погреба. Так что значительная часть моего “Чувства капучино” написана вот тут:

Всё это великолепие теперь продается. Штук пятнадцать комнат, две кухни, штук пять ванных, терраса, балкон, четверть гектара земли – за всё про всё €440000.

Понятное дело, что домом надо заниматься, отопление и налоги будут недешевыми. Но потенциал у него, конечно, огромный – хочешь гостиницу делай, хочешь всякие курсы йоги устраивай (чем и занималась нынешняя хозяйка, но сейчас ей здоровье не позволяет).

Путешествие в Триору, часть 3: до и после

Начало здесь, личные впечатления здесь, теперь расскажу про дорогу. Она заняла у меня неделю: пять дней туда и два обратно.

Тенерифе – Барселона. Рейс компании Vueling был примечателен только тем, что вылетал в семь утра. В Барселоне оказалась жуткая жара, а я из дома вышла даже в капюшоне. Всё, кроме климата, мне понравилось: доехала на двух автобусах до приятеля, который меня приютил (он снимает отличную квартиру в центре), приняла душ, гуляла и обедала. Вечером мы с ним снова гуляли – в пятницу вечером оказалось проблемой даже просто пропустить по стаканчику: Барселона многолюдна, в барах нет мест.

Барселона – Ницца. И опять у меня был рейс Vueling в 7 утра. В аэропорту гигантские очереди, но не на досмотр, а за кофе и булочкой. В Ницце тоже жарко, но людей существенно меньше. Гостиницу я полюбила всей душей и искренне рекомендую, называется Arome. Нет лифта, но в остальном – выше всяких похвал: крошечный номер, чистый и удобный без всяких компромиссов. Для всего есть место, на кровати приятно лежать, свет нужной яркости, душ просторный. Тот редкий случай, когда уезжать из гостиницы не очень хотелось (и правильно, поскольку следующий отель был отстойный). В Ницце я наконец выспалась. В номере была даже кофемашина! Правда, на разборки с ней я потратила полчаса, настолько она не похожа на кофемашину у меня дома, но в конце концов справилась.

Кстати о кофе: еще одно отличное место – кафе Frei (из Будапешта сообщают, что это венгерская сеть), а в нем – кофе разных стран и народностей. Я пробовала два – марроканский и никарагуанский (с табаком), и то и другое скорее интересно, чем вкусно. Но концепцию они придумали шикарную: в следующий раз я зайду именно туда просто из любопытства – попробовать что-нибудь новенькое, яванский кофе с апельсином или занзибарский с гвоздикой. Я бы на месте создателей выпустила еще и карту, в которой можно было бы отмечать, что уже попробовал. Лото такое, типа bullshit bingo.

Ницца – Ментона.
Гостиница Club Vacanciel оказалась мегаотвратительной: всё дряхлое, грязное, грубые ресепшионистки, вайфай не работал. Я расстроилась, потому что вообще-то люблю Мантон – изящный городок на самой границе с Италией. Однако по такой жаре больше всего хотелось в душ и лежать на кровати, но и то и другое было ужасным. По крайней мере, я там вкусно ела – в бретонской блинной Fleur de sel днем и в марроканском ресторане Casablanca вечером.

Ментона – Санремо.
На четвертый день путешествия мы наконец-то воссоединились с Бруно и на такси доехали на квартиру, которую он снял. Ох, что это была за квартира. Меня передёргивает от одного воспоминания. Назовите что-нибудь, что по вашему мнению должно быть в квартире, – с уверенностью могу утверждать, что там этого не было. Проще сказать, что там было: кровать и шкаф.

Занавески? – Нет.
Кондиционер или хотя бы вентилятор? – Нет.
Тумбочка у кровати или хотя бы табуретка? – Нет.
Вешалки, хотя бы одна? – Нет.
Розетки? – Да, одна, у входной двери.

А вот такой из нее открывался видос:

Ну, одну ночь можно было перекантоваться и не ныть. До хороших ресторанов нам было лень идти, но мороженое – это святое. Будете в Санремо – не ведитесь ни на модную сеть Grom, ни на расплодившиеся в невероятных количествах био-эко-заведения, идите в Lollipop, на главной площади Коломбо. Единственный минус санремского мороженого – нужно доплачивать 50 центов за взбитые сливки (в Риме их плюхают бесплатно), но это можно пережить. На Тенерифе за каждый шарик нужно платить отдельно, это вообще грабеж!
Санремо – Триора. Сначала мы доехали до Армы (ближайший к Триоре городок), там пообедали и некоторое время мучились на солнцепеке, боясь пропустить нужный автобус, который ходит всего три раза в день. До сего момента на этом автобусе я ездила, кажется, только один раз в самом начале, пока машину не купили, то есть лет одиннадцать тому назад, так что не очень представляла, что меня ждет. Жирный минус лигурийским автобусам по сравнению с тенерифскими: обтрёханные, кондиционера нет, сидения жесткие и неудобные.
Триора – Ницца. В обратный путь мы пустились тоже на автобусе, в 5:50 утра. Сначала были одни, но вскоре набились африканцы с тюками – чем-то торговать на пляжах. На вокзале в Санремо расстались: Бруно двинул в Рим, я в Ниццу. В Arome на эту ночь не было мест, поэтому вот вам еще один ужасный отель, останавливаться в котором ни в коем случае не надо: Busby. И в нем тоже не работал вайфай! Правда, быстро починился.
Путешествовать к этому моменту я уже изрядно утомилась, так что дело у меня было только одно: зайти в магазин “Дворец чаев”. Раньше я там бывала часто, поскольку в Италии с чаем дело обстоит нехорошо, а когда переехала на Тенерифе, то дважды заказывала по почте, и оба раза вместо вкусного чая приходила какая-то солома. Поэтому я ожидала худшего. Что ж: личный визит только подтвердил мои опасения. Чай испортился – в чае с сассифлорой нет сассифлоры, чай “семь видов цитрусовых” пахнет чем угодно, только не цитрусовыми, в общем еле нашла один подходящий – “Голубую гору”.
Ела днем в ливанском, вечером в блинной Corentin. Надо в следующий раз составить себе специальный план по французской еде, а то всё блины да блины. Но вкусно, дешево и тихо.

Ницца – Тенерифе. Автобусы в аэропорт должны ходить по расписанию, но не ходят, поэтому я чуть не сварилась на остановке. Надеялась основательно охладиться или даже замерзнуть в аэропорту, но не тут-то было: маленький уютный аэропорт совершенно не справляется с наплывом (и, в моем случае, отплывом) курортников. Во все забегаловки очереди, благодаря чему я нашла дорогой ресторан с официантами и вкусно пообедала. Но потом перед посадкой начался самый ужас: на нижнем этаже кондиционеры не работали (или не справлялись), а народу толпилось столько, что куда-то просочиться было проблематично. В общем, давно я так сильно не потела и не ругалась по-французски.
В Барселоне было просторнее, но тоже какая-то фигня с кондиционерами, пришлось снова потеть, и чистые футболки у меня к этому моменту уже, конечно, закончились. Так что когда мы наконец сели на Тенерифе и я увидела в иллюминатор чувака во флисовой кофте, сначала не могла поверить своим глазам. Но телефон подтвердил: 20 градусов.
На этом путешествие вроде бы закончилось, но остался еще один пост, который должен ответить на животрепещущий вопрос: а где мы, собственно, жили в Триоре целую неделю, ведь дома-то у нас там уже нет?
(Спойлер: где-где… в монастыре!)

Путешествие в Триору, часть 2

Начало здесь. Теперь про мои личные впечатления – как я себя чувствовала, вернувшись в Триору?

Первое, от чего я совершенно отвыкла, – невероятное количество знакомых людей! Точнее, вообще все люди, кроме туристов, – знакомые. Улыбаются, приветствуют, целуются. Ни в одном городе такого, конечно, в принципе быть не может, в особенности с интровертами, как мы. Но я все-таки предпочитаю безликую анонимность города. Чтобы жить в маленьком замкнутом коммьюнити, надо обладать другим характером.

За три года я напрочь забыла про некоторые реалии, когда-то являвшиеся частью повседневности, и радостно им удивлялась: ручной трактор! трехколесный грузовичок! торта верде! сарденара!

Торта верде (на фото слева) – это лигурийский пирог с зеленью и сыром, сарденара – псевдопицца из дрожжевого теста с анчоусами и оливками, но из еды больше всего меня поразили тромбетти: это такие кабачки, загибающиеся узкими длинными петлями. Как я могла о них забыть?! Но главное – почему они нигде, кроме Лигурии, не встречаются? Вкуснейшая вещь – нежный овощ, чистить не нужно, семян нет!

Ходить по средневековым улочкам – тот еще квест: то вверх, то вниз, то камни, то ступеньки, после дождя еще и скользко. Недавно я писала про год с фитбитом (с тех пор, кстати, успела окончательно сломаться зарядка, жду новую) – так вот пресловутые 10000 шагов для меня сейчас не проблема вообще, за исключением периодов, когда нога болела. В Триоре и 5000 шагов было трудно отходить, и даже не столько потому что местность такая гористая, а потому что очень мало прогулочных маршрутов. Казалось бы – вокруг нереальная красота, просторы, тропы бегут туда и сюда, но для большинства этих троп надо надевать горные ботинки, брать рюкзак, воду, палки, и займет такая прогулка минимум полдня. А вот так чтобы слегка размяться, но не утомиться – это либо прогулка к храму Святой Катерины – приятная, но занимает максимум полчаса, либо пройтись по деревне туда-сюда (15 минут). Ну кладбище, ну лошадки, ну Лорето с мостом самоубийств – этот маршрут как раз подходящей длины, но не на каждый же день!

А еще вот что удивительно: с этими фантастическими пейзажами и чистейшим горным воздухом остро контрастировало вдруг накрывшее меня чувство несвободы, которого я и не ожидала, и не испытывала, пока жила в Триоре. Ключевое слово: машина. Раньше она у нас была включена во все жизненные процессы: еда, аптека, больница, ремонт вещей, вообще весь шопинг – все это было доступно только если сесть в машину и куда-то доехать. В Триоре есть почта, магазин “Мазагин” (типа сельпо), терапевт 4 часа в неделю, хозтовары, ну и сувениры. Голодным, конечно, не останешься, но аспирин или зарядку купить негде.

Отдельной проблемой было добраться в аэропорт или на вокзал: когда один уезжал, другой его отвозил (и тратил на это полдня), но когда мы путешествовали вдвоем, то простых решений не было. Вот, например, старая история – как мы добирались в Рим, до сих пор вспоминаю ее с содроганием.

Разумеется, в нынешний приезд мне никуда и не нужно было, но вот это ощущение запертости, недоступности чего-то важного накрыло и не отпускало. И должна сказать, что это было полезно, поскольку на Тенерифе я уже успела привыкнуть к удобству логистики и не ценю возможности. Можно, например, в пять часов решить, что на ужин хочется азиатчины, а в шесть уже раздобыть кунжутное масло, имбирь и гочуджанг, – в Триоре так делать было нельзя (да и вообще, кроме больших городов, с неитальянской едой в Италии дело обстоит непросто). То же и с транспортом – сейчас мы летаем из южного аэропорта с большой неохотой, потому что до него – о ужас – ехать целый час (до северного десять минут, на автовокзал и в порт ходим пешком).

В следующий раз расскажу о том, что было до и после Триоры.

Путешествие в Триору, часть 1

На случай, если вы к нам только что присоединились, предыстория: в 2006 году я вышла замуж за итальянца по имени Бруно. Он на тот момент жил в Англии, я в Москве. Мы подумали и решили начать совместную жизнь в маленькой лигурийской деревне под названием Триора, где у него имелся дом. Но постоянно в этом доме он никогда не жил, только приезжал в отпуск на неделю-две.

Прожили мы там в общей сложности девять лет. Правда, где-то на середине этого срока начали уезжать зимой в Азию: сначала на пять недель, потом на три месяца, потом на полгода, потом… в общем, при всех расходах на жилье и перелеты, зимовать в Таиланде оказалось не только комфортнее, но и дешевле. Стали думать, что делать дальше, и тут под руку подвернулся Тенерифе, который удачно совмещает в себе некоторые важные достоинства и Европы и Азии. В 2015 году мы продали дом в Италии, а через три месяца после этого купили квартиру в городе Санта-Крус.

За девять лет в Триоре со мной много чего произошло: я поработала в агентстве недвижимости, написала несколько путеводителей и роман “Чувство капучино” – про жизнь в маленькой альпийской деревне, научилась топить камин и резво ездить по серпантину, дошла пешком до Франции, но в один прекрасный день это всё закончилось и начался совершенно новый этап.

Наконец в прошлом месяце обстоятельства сложились так, что я снова приехала в Триору –посмотреть на мою прошлую жизнь.
И как же там, в Триоре?

Cамой популярной шуткой при встрече было “Потрясающе, как у нас тут все изменилось, правда?” – в том смысле, что практически ничего не изменилось. Действительно: пейзажи по-прежнему головокружительны, куда ни поверни голову. Драма в каждом кадре. Нигде в мире я не видела столько красоты.

Прототип музыканта Лоренцо все такой же непримиримый скандалист, сумасшедшая Джованна, которая любит спросить что-нибудь типа “Синьора, вы от моего внука не беременны?” курит на террасе психбольницы, прототип Карлоса по-прежнему со всеми судится, прототип Луиджины умерла в январе.

Из нового – в гостинице, закрытой лет семь назад из-за того, что вступили в силу общеевропейские нормативы противопожарной безопасности, соответствовать которым оказалось совершенно невозможно без гигантских инвестиций, теперь живут беженцы. Это, конечно, вызывает у местных жителей некоторые вопросы: например, почему на беженцев противопожарные требования не распространяются, и почему среди них нет нет ни одного ребенка или старика, ни одной женщины, только очень молодые мужчины (и в соседних деревнях тоже так).

Автобус ходит по-прежнему три раза в день, но не полупустым, как раньше, а забитым африканцами, которые едут к морю чем-то торговать.

Еще новость: как раз во время моего пребывания открылся аж четвертый бар, прямо напротив третьего, которым заправляет пара, купившая наш дом. И это, конечно, прекрасно, но очень не хватает еще одного ресторана. Когда я впервые оказалась в Триоре, бар был только один, но зато целых два ресторана (второй как раз при гостинице), и оба исключительно вкусных.

А как вам такое: в Триоре теперь есть бассейн! Его даже видно на Google Earth. Частный, но все-таки!

Это, пожалуй, все новости, есть еще политические, но ими я даже когда там жила, не слишком интересовалась. В следующий раз расскажу про мои личные впечатления.

Малое зимнее путешествие

Давайте уточним терминологию: малое путешествие – до недели, среднее – от недели до месяца, большое – больше месяца.
Малое зимнее путешествие состоялось на карнавальных каникулах. Я летала в Рим, а точнее в Остию, где мне всегда всё не нравится, и этот раз исключением не стал. В первую очередь мне не нравится климат: во времена древних римлян на месте Остии было море, а потом болота, поэтому там сыро и промозгло, за исключением лета, когда стоит страшная жара. Нигде у меня не ломит суставы так, как ломит в Остии. Плюс родственники курят, и курят они дома. Плюс кафе и рестораны обычно экономят и на вайфае, и на отоплении.
Но я не жаловаться сюда пишу, а рассказать про то, как нам повезло. Из Остии мы на две ночи сбежали, и одну провели в Браччано на озере, а вторую в Риме. В Браччано, наверное, прекрасно летом, а в феврале было еще холоднее, чем в Остии, даже особо не погуляешь.

Зато в Риме внезапно нашлась жемчужина: гостиница в 30 метрах от фонтана Треви – в таком центре мира я еще никогда не жила. И комната была чистой, просторной и теплой. И стоила она 55 евро за ночь (за двоих). Сейчас, правда, гораздо дороже, но, если верить сайту, в несезон она все еще стоит 69 евро,или даже 52, если вы один. А несезон – это июль, август, ноябрь и вся зима до апреля (не считая рождества и пасхи, естественно).

Держите гостиницу: Babuccio Art Suites.
Владелица – некогда известная танцовщица Патриция Черрони, поэтому декор соответствующий – повсюду афиши, фотографии и красивые полуголые люди. В общем, приятное место, рекомендую.Вкусной еды за всю поездку не давали вообще, запомнился только интерьер неаполитанской пиццерии.

Как я купалась в горячих источниках Terme di Premia

Замечательное и вполне бюджетное итальянское развлечение – купание в термальных источниках. Я его не включила в книгу “Италия: справочник экономного путешественника” только потому, что все термы, где я бывала, оказывались очень ветхими, явно не ремонтировавшимися с середины ХХ века, а цена качеству не соответствовала. Вот наконец мне попалось заведение, которое я могу порекомендовать с чистой совестью: Terme di Premia.

Расположено оно в стороне от туристических троп, на самом севере Пьемонта. Буквально через несколько километров проходит граница со Швейцарией, только дороги туда нет. Но тем не менее близость Швейцарии сказывается: в термах всё новое, современное и сияет чистотой.

Заведение состоит из двух частей: бассейны с термальной водой (Piscine termali) и СПА (Area benessere). Я купила комбинированный билет: час там, час там – €22,50 (c 10% скидкой, которую мне дали в гостинице “Бельведер”, где я останавливалась). Бассейны тоже состоят из двух частей – на открытом воздухе и под крышей, и там и там устроены разнообразные гидромассажи для всех частей тела. Есть детское отделение, есть замечательная вещь – флебологический бассейн: сначала погружаешься по пояс в ледяную воду, а потом в горячую, и так несколько раз. Для полного тонуса по ногам еще бьют струи, а на дне – галька.

Фото отсюда

Спа тоже выше всяких похвал. Несколько разных саун – классическая финская, финская попрохладнее, хаммам, сенная баня, травяная баня. Лед для обтирания, бассейн с холодной водой, соль, которой предлагается скрабиться, куча разных душей (эмоциональный, тропический, циркулярный, противогрибковый, душ Кнайпе для ног). Для полного релакса – травяные настойки, лежанки, кресла в темноте, шезлонги на свежем воздухе – в общем, вообще не к чему придраться. За отдельную плату есть разнообразные массажи и косметические процедуры, но их я не пробовала.

Я была в начале августа – это самое туристическое время, и народ там, конечно, был, однако никакого столпотворения. Во всех саунах я посидела в гордом одиночестве. Единственное место, куда было что-то вроде очереди – лежанки в бассейне (ты лежишь, а тебя оструячивает со всех сторон гидромассажем).

Термы находятся в долине Оссола, недалеко от фабрики, где делают вермут Campari, а также безалкогольный аперитив Crodino. Наверное, особенно приятно купаться в них зимой, когда вокруг лежат сугробы, но вода температуру не меняет – +44 С.  Так что если собираетесь кататься на каком-нибудь из окрестных склонов, обязательно посвятите полдня этим термальным источникам, не пожалеете.

 

Как мне делали операцию в итальянской больнице, часть 4 (восстановление)

Начало
В день операции
После операции
Подписаться на рассылку

Про еду
Никаких внятных диетических рекомендаций мне не дали: сказали, что нужно есть “осторожно и разумно”, а также часто. Приехав домой, я первым делом сварила себе бульон из завалявшихся в морозильнике куриных костей, на следующий день добавила овощные и фруктовые пюре, потом мясные фрикадельки и сухое печенье. К своему обычному питанию вернулась довольно быстро, разве что примерно месяц не пила вина и не ела жареного.

Про физическую активность
Ходить мне не возбранялось, поэтому я сразу же начала гулять. Было не очень удобно сидеть из-за того, что в животе что-то сжималось и начинало ныть, так что я в основном работала и ела лежа в кровати. Но я и в здоровом состоянии предпочитаю проводить время именно так – спина гораздо меньше устает, и вообще лучше себя чувствую, чем сидя. Оказывается, есть целая книга про искусство лежания, надо будет почитать.
Попробовала работать стоя (сейчас это модно), поставив на стол коробку из-под пылесоса, а на нее ноутбук – не понравилось, устают и ноги, и руки и спина.
Еще я каждый день делала гимнастику – врачи на этот счет тоже ничего не сказали, но нашелся вот этот послеоперационный комплекс.

Про уколы
На следующий день сходила к местному доктору, который показал, как это делается – оказалось несложно и небольно, если, конечно, живот не плоский и мускулистый, а есть за что ущипнуть. К счастью, у меня оказался именно такой живот, идеально подходящий для уколов.

Про гигиену
Снятие швов, а точнее металлических скобок, было назначено аж на семнадцатый день после операции. До того велели живот не мочить. Пластыри мне регулярно менял местный доктор, но всё равно живот адски чесался (всё остальное я мыла по частям). Даже когда наконец-то скобки сняли (что, кстати, было на удивление неприятно и даже больно), опять налепили пластыри со словами “Чтобы синьора не чувствовала себя чересчур здоровой”. Отодрать их и помыться разрешили только на следующий день; то-то было радости!

Про эстетику
Осталось четыре шрама, которые можно было бы принять за комариные укусы, если бы они не образовывали вершины идеального прямоугольника. Пятая дырка в пупке, вот он, как мне кажется, стал намного уродливее, чем был.

Про мое эмоциональное состояние
Тут меня ждал самый большой сюрприз. Я готовилась к депрессии – всё ж лишилась важного органа, нарушена телесная целостность, начались физические ограничения. Вместо этого октябрь 2014 года стал одним из самых счастливых месяцев моей жизни. Каждый день – победа: могу лежать на боку! могу пройти два километра! кончились уколы! могу потереть живот мочалкой!

1 ноября я сочла себя совершенно здоровой – нажарила котлет, выпила бутылку вина и чувство эйфории тут же прошло.

Начало
В день операции
После операции
Подписаться на рассылку

Как мне делали операцию в итальянской больнице, часть 3 (после операции)

Начало
В день операции
Подписаться на рассылку

Увы, ни снов, ни галлюцинаций, ни метафизических откровений мне не показали. Вот я говорю анастезиологу “дуэ”, а следующий кадр – страшно холодно, отцепляют ремни и иголки, суют мне в руку баночку с камнем, перекладывают на каталку.

Следующие пара часов были ужасны. Слева висела капельница, из которой в меня капало много жидкости. Поэтому мне постоянно хотелось писать, но в туалет меня не пускали и предлагали утку. С непривычки воспользоваться уткой крайне сложно, даже если очень хочется. Живот с пятью дырками ныл, во рту пересохло, однако пить тоже было нельзя. Из правого бока торчал мешок, в который из меня стекала всякая гадость. Оказалось, что в животе имелось нехилое воспаление, и врачи ковырялись со мной три часа.

Но даже и в этот крайне неприятный период меня удивило, насколько всё оказалось удобно. У кровати имелся пульт, посредством которого можно было регулировать разные ее части, превращая ее хоть в букву Г, хоть в букву V, хоть в двугорбого верблюда. Медсестру можно было вызвать, дернув за веревочку, и она действительно приходила через несколько секунд, в том числе ночью.

Обещанной сонливости после наркоза не было, и в целом я скучала.  Из-за повышенной скрытности я никому ничего не сказала, так что не смогла насладиться утешениями в социальных сетях и личной переписке. Бруно ушел ночевать в гостиницу, но к этому моменту я уже добиралась до туалета, который был в коридоре, самостоятельно, хоть и очень медленно (стойка с капельницей слева, дренажный мешок справа).

Утром пришла санитарка и принесла завтрак: сладкий чай с лимоном. Он показался мне нереально вкусным, и, покопавшись в собственных чувствах, я подумала, что, наверное, не буду возражать, если меня оставят в больнице еще на сутки. Однако вскоре явился оперировавший меня начальник хирургического отделения синьор Баттистини. Он взял меня за ногу, подергал, погладил, сказал “Такая красивая синьора снаружи, и такая ужасная внутри!” и велел выписываться.

Сразу меня не выпустили, а промариновали до обеда, который я на всякий случай решила не есть. Зато Бруно умял и мой суп с макаронными звездочками, и картофельное пюре, и яблочный мусс. Качеством остался очень доволен, но от добавки отказался.

Потом из меня вытащили дренаж, дали с собой шприцы для самостоятельных уколов в живот, и мы поехали домой.

Часть 4 (восстановление)

Как мне делали операцию в итальянской больнице, часть 2 (день операции)

Начало тут.

В день моих именин, 30 сентября прошлого года, мне позвонили с сообщением: завтра мы вас режем, после шести вечера ничего не есть, приехать к 7 утра. Что брать с собой – не сказали, поэтому я упаковала iPad, зубную щетку, линзы и спортивные штаны. Естественно, Бруно тоже поехал – он был записан в бумагах как ответственное лицо, которое должно решить, отключать ли меня от систем жизнеобеспечения, или пока рано.

В семь утра ничего не произошло, кроме светской беседы с медсестрой (“Я вижу, вы нервничаете?..”).
В восемь мы заполнили бумаги.
В девять мне вручили ацетон и велели стереть с ног красивый синий лак. К слову, это было единственной унизительной процедурой, а я уже настроилась на клизму и бритье лобка.
В десять Бруно сказал, что его терпение тоже имеет пределы и ушел пить кофе.
В одиннадцать меня раздели, одели в потешную рубашонку (с завязками сзади) и сделали укол. К этому моменту у меня уже имелось свое место: палата на четверых, но кроме меня была только еще одна тетенька. Одна койка пустовала навечно, поскольку возле нее висел номер 17. СЕМНАДЦАТЬ, Карл вы понимаете? Я сначала хотела устроиться именно там, но Бруно на меня так посмотрел, что пришлось прекратить эпатаж.
Ну да, вы уже догадались – в Италии несчастливое число это 17, а вовсе не 13.

Потом меня покатили в операционную, перед которой образовалась пробка. Раз пять медсестра говорила: “Ну, поцелуй на прощание…”, Бруно меня целовал, после чего нас коварно объезжал другой пациент.
Наконец меня вкатили в приемную операционных (их несколько), где я перелезла с одной каталки на другую. Приехали в операционную. Там я сильно пожалела, что не протащила контрабандой мобильный телефон: в операционной было невероятно красиво. Стальные стены, стальной потолок, и на этом серебристом фоне вокруг меня суетились профессионалы, одетые в рубиновое и темно-зеленое.
Чувствовала я себя странно: вроде бы все эти люди были заняты только мною (чем-то протирали, пристегивали ремнями), но как личность я для них совершенно не существовала. Они беседовали о футболе и, когда я пыталась что-то сказать (“Не забудьте отдать мне мой камень!”), это вызывало страшное удивление.
Наконец анестезиолог спросил, не нервничаю ли я, и после моего “А сами-то вы как думаете, нервничаю или нет?!” велел сосчитать до трех.
Но на двух я сломалась.

Часть 3 (после операции)
Часть 4 (восстановление)

Как мне делали операцию в итальянской больнице, часть 1 (до)

Это произошло 1 октября 2014 года, но рассказать об операции я решилась только сейчас. Причина – чисто психологическая: ведь всю жизнь до этого момента я была “та, которой не делают операций”. Когда мне было восемь лет, меня положили в больницу на предмет хирургического исправления косоглазия, но поскольку я там прорыдала non-stop три дня, родители забрали меня со словами “может, вырастет умненькая, хоть и косенькая”. С тех пор я жила себе и жила в полной уверенности, что как-нибудь обойдется, и всегда обходилось.
Но однажды у меня очень сильно заболел живот. Опять-таки я – “та, которая всегда терпит боль”, однако на следующее утро мне надо было лететь в Москву, чтобы презентовать роман “Чувство капучино”. Поэтому я не на шутку испугалась и отправилась в “Cкорую помощь” Санремо.
К слову, в наших краях скорость помощи весьма относительна – до больницы по-любому не меньше часа, и быстрее доехать самостоятельно, а не ждать бригаду (это еще плюс два-три часа).
В больнице тоже всё было страшно медленно, никого, кроме двух спутников, мои мучения не волновали, врач и медсестры постоянно куда-то исчезали. В конце концов мне поставили капельницу (вычеркнуто “я та, которой никогда не ставили капельниц”) и на следующий день я героически улетела в Москву.

Через месяц мне сделали узи и сказали, что в желчном пузыре у меня камень и его надо удалять. Я не поверила, и жестоко за это поплатилась. Прошлой весной я обнаружила себя в довольно жуткой ситуации: глубокая ночь, корчусь от боли, вокруг ни одного знакомого человека, поскольку дело происходит в Гонконге, но нужно ехать в больницу, потому что иначе я умру.
Позже мне очень помогла совершенно незнакомая девушка Лена, которая жила даже не в Гонконге, а по ту сторону границы, в китайском Шеньжене. Она закинула денег мне на телефон, благодаря чему я смогла регулярно сообщать о своих страданиях родственникам.
Но в целом вспоминать пребывание в Queen Elizabeth’s Hospital мне до сих пор крайне неприятно. Скажу лишь, что не было даже намека на сочувствие: сам берешь пакетик, сам в него блюешь, сам относишь его в мусорное ведро. Это очень похоже на “Скорую помощь” Санремо, но совершенно не похоже на Таиланд, где вокруг пациента пляшут сразу несколько медсестер (“Может, воды? Давайте я вам померяю температуру. Простите, что вам придется подождать еще пять минут!”). Главное, что у меня болело в миллион раз сильнее, чем в Санремо. От госпитализации я отказалась, но с собой мне выдали антибиотики и трамадол. Визит в больницу обошелся мне примерно в €100 (включая покатушки в машине “Скорой помощи” и лекарства), моя страховка его не покрывала.
После этого эпизода стало ясно, что печеночная колика может настичь меня где угодно – например, в двенадцатичасовом полете, когда я и без нее чувствую себя как говно. Поэтому мое отношение к операциям пришлось пересмотреть, и я сдалась врачам.

Часть 2 (день операции)
Часть 3 (после операции)
Часть 4 (восстановление)