02/07/2015

Как мне делали операцию в итальянской больнице, часть 3 (после операции)

Начало
В день операции
Подписаться на рассылку

Увы, ни снов, ни галлюцинаций, ни метафизических откровений мне не показали. Вот я говорю анастезиологу "дуэ", а следующий кадр – страшно холодно, отцепляют ремни и иголки, суют мне в руку баночку с камнем, перекладывают на каталку.

Следующие пара часов были ужасны. Слева висела капельница, из которой в меня капало много жидкости. Поэтому мне постоянно хотелось писать, но в туалет меня не пускали и предлагали утку. С непривычки воспользоваться уткой крайне сложно, даже если очень хочется. Живот с пятью дырками ныл, во рту пересохло, однако пить тоже было нельзя. Из правого бока торчал мешок, в который из меня стекала всякая гадость. Оказалось, что в животе имелось нехилое воспаление, и врачи ковырялись со мной три часа.

Но даже и в этот крайне неприятный период меня удивило, насколько всё оказалось удобно. У кровати имелся пульт, посредством которого можно было регулировать разные ее части, превращая ее хоть в букву Г, хоть в букву V, хоть в двугорбого верблюда. Медсестру можно было вызвать, дернув за веревочку, и она действительно приходила через несколько секунд, в том числе ночью.



Обещанной сонливости после наркоза не было, и в целом я скучала.  Из-за повышенной скрытности я никому ничего не сказала, так что не смогла насладиться утешениями в социальных сетях и личной переписке. Бруно ушел ночевать в гостиницу, но к этому моменту я уже добиралась до туалета, который был в коридоре, самостоятельно, хоть и очень медленно (стойка с капельницей слева, дренажный мешок справа).

Утром пришла санитарка и принесла завтрак: сладкий чай с лимоном. Он показался мне нереально вкусным, и, покопавшись в собственных чувствах, я подумала, что, наверное, не буду возражать, если меня оставят в больнице еще на сутки. Однако вскоре явился оперировавший меня начальник хирургического отделения синьор Баттистини. Он взял меня за ногу, подергал, погладил, сказал "Такая красивая синьора снаружи, и такая ужасная внутри!" и велел выписываться.

Сразу меня не выпустили, а промариновали до обеда, который я на всякий случай решила не есть. Зато Бруно умял и мой суп с макаронными звездочками, и картофельное пюре, и яблочный мусс. Качеством остался очень доволен, но от добавки отказался.

Потом из меня вытащили дренаж, дали с собой шприцы для самостоятельных уколов в живот, и мы поехали домой.



Часть 4 (восстановление)

No comments:

Post a Comment